Дуэли

Рефераты, курсовые, дипломные, контрольные (предпросмотр)

Тип: Реферат. Файл: Word (.doc) в архиве zip. Категория: История России
Адрес этого реферата http://referat-kursovaya.repetitor.info/?essayId=20507 или
Загрузить
В режиме предпросмотра не отображаются таблицы, графики и иллюстрации. Для получения полной версии нажмите кнопку «Загрузить». Рефераты, контрольные, дипломные, курсовые работы предоставляются в ознакомительных целях, не для плагиата.
Страница 5 из 6 [Всего 6 записей]« Первая ... « 2 3 4 5 6 »

Роль секундантов сводилась к следующему: как посредники между противниками, они должны были приложить максимальные усилия к их примирению. Даже на поле боя они должны были предпринять последнюю попытку в этом. Если примирение оказывалось невозможным, как это было в дуэли Пушкина с Дантесом, секунданты составляли письменные условия и тщательно следили за строгим исполнением всей процедуры. Условия дуэли Пушкина с Дантесом были максимально жестокими (дуэль была рассчитана на смертельный исход).

Дуэльный кодекс, вобравший в себя мудрость и опыт поединков, подробно описывал все связанное с дуэлями: субъекты дуэли, степень тяжести оскорблений, права оскорбленного, роды дуэлей, правила их проведения. Например в одном из пунктов написано: "Поражать упавшего противника есть бесчестный поступок, влекущий за собой законные последствия".

Страшной особенностью русской дуэли, требовавшей от поединщика железного хладнокровия, было право сохранившего выстрел подозвать выстрелившего к барьеру и расстрелять на минимальном расстоянии как неподвижную мишень. Поэтому-то дуэлянты высокого класса не стреляли первыми. Так обычно поступал и Пушкин.

Даль писал: "Я слышал, что Пушкин был на четырех поединках, из коих первые три кончились эпиграммой, а четвертый смертию его. Все четыре раза он стрелялся через барьер, давал своему противнику, где можно было, первый выстрел, а потом сам подходил к барьеру и подзывал противника". Европейский кодекс требовал: "Кто выстрелил, тот должен остановиться и выждать выстрел в совершенной неподвижности". Это требование было внесено в условия последней пушкинской дуэли по настоянию д'Аршиака, ориентированного на европейский гуманный кодекс.

Европейский кодекс требовал: "Для всех дуэлей на пистолетах одно и то же правили: Дистанция между противниками никогда не должна быть менее 15 шагов". 15 шагов было для Европы минимальным расстоянием, а обычным считалось 25 - 35 шагов.

В русских поединках минимальным расстоянием было 3 шага, как собирался стреляться Чернов, дуэли на 6 шагах не были экзотикой, а средним расстоянием считалось 8 - 10 шагов. 15 шагов как минимальное расстояние, а тем более 25 - 35 шагов не встречались никогда. 20 шагов в дуэли Лермонтова с Барантом в 1840 году были явной уступкой французской стороне. В европейском дуэльном кодексе дуэль на 10 шагах считалась столь же "необычайной", как и дуэль с одним заряженным пистолетом. Подобные варианты секундантам предлагалось "решительно отвергать". По имеющейся статистике, во Франции при обилии поединков погибало в год (с 1839 по 1848) не более шести человек. Это говорит о том, что составители европейских дуэльных правил думали прежде всего именно о демонстрации готовности участников поединка к риску, к бою. В европейской дуэли оставался смертельный риск, но все возможное было сделано для того, чтобы кровавый исход оказывался уделом несчастного случая.

В русской дуэли все ставилось так, что бескровный вариант был уделом счастливой случайности. Идея дуэли-возмездия, дуэли-противостояния государственной иерархии, дуэли как мятежного акта, требовала максимальной жестокости.

Когда в николаевские времена оказалась размыта эта идея, с нею одрябли и прежние представления о дуэли. Жестокость осталась. Ушел высокий смысл...

С петровских времен репутация офицера прочно зависела от мнения сослуживцев. Петр понимал, что для нормального функционирования жесткая государственная структура, схваченная единой самодержавной волей, должна иметь некий противовес. Этот противовес он видел в принципе коллегиальности. Принцип этот положенный им в основу деятельности юридических, дипломатических и экономических учреждений, распространялся и на армию. Во время войны все крупные решения Петр предварительно отдавал на обсуждение военных советов. И хотя неизменно торжествовала его собственная точка зрения, но генеральское самочувствие много выигрывало от возможности бесстрашно изложить свою позицию. В отсутствие же царя военные советы приобретали реальный смысл.

Петр чувствовал, что самоуважение каждого офицера - основа боеспособности армии. И с другой стороны, подавляя это самоуважение полным бесправием их перед лицом самодержца, он - с другой - пытался возместить это правом коллегиальности решений, касающихся офицерской репутации. С 1714 года производство в следующие чины штаб-офицеров производилось только по согласию "всей дивизии генералитета и штаб-офицеров", а для производства обер-офицеров требовалось свидетельство штаб- и обер-офицеров соответствующего полка. В скором времени для замещения вакантных должностей введено было баллотирование - при участии всех офицеров. То есть решающим при определении профессиональной и человеческой репутации офицера становилось общественное мнение. Принцип баллотирования был отменен Павлом.

Владимир Раевский вспоминал о начале двадцатых годов: "Аркачеев не успел еще придавить или задушить привычных гуманных и свободных митингов офицерских. Насмешки, толки, желания, надежды... не считались подозрительными и опасными".

Особенно сильно было влияние офицерских союзов в гвардии, где интелектуальный и моральный уровень офицерства был достаточно высок.

Для Николая понятие чести дворянина было чем-то глубоко второстепенным по отношению к его верноподданическим и чисто служебным обязанностям. "Что вы мне со своим мерзким честным словом!" - крикнул он декабристу, пытавшемуся объяснить ему, что предательство против чести. Представления офицерских сообществ о чести - даже деморализованных расправой с авангардом - существенно не совпадали с новой моралью. Исходивший из принципа максимальной концентрации всякой власти Николай не собирался допускать рассредоточения и нравственного авторитета. Он хотел быть - лично и через доверенных начальников - единственным судьей и в делах чести. В двадцать девятом году полномочия офицерских собраний выносить приговоры по делам чести были официально ликвидированы.

Николай, в котором, по словам Пушкина, было куда больше "от прапорщика, чем от Петра Великого", радевший об укреплении власти в узком и вульгарном смысле, не понимал , да и не мог понять , какой удар наносит он нравственным устоям офицерства и всего дворянства.

Атмосфера менялась стремительно. Теперь можно было совершить некрасивый поступок на глазах у всех и пренебречь общественным мнением без всякого ущерба для своих положения и карьеры.

Когда в конце тридцатых годов аристократ Лев Гагарин публично оскорбил графиню Воронцову - Дашкову, ее друг аристократ Сергей Долгоруков не счел нужным вмешаться. Более того, вызванный на дуэль возмущенным свидетелем этого позора Гагарин сумел избежать поединка и продолжал благоденствовать. Общая атмосфера столь изменилась, что даже люди достойные и храбрые оказывались в глупом и непристойном положении. Теперь торжествовала не столько дуэльная, сколько хамская стихия. Наглая грубость заменяла гордость и, соответственно, всегда готова была пойти на попятный, встретив отпор. Ссор стало больше, дуэлей - меньше. Алексей Вульф, младший приятель Пушкина, человек другого поколения не столько даже по возрасту, сколько по мировосприятию, служивший в кавалерии, записал в дневнике в ноябре 1830 года: "К чести нынешнего времени можно отнести, что поединки становятся реже. Забияки или бретеры носят на себе заслуживаемое ими справедливо презрение всякого благовоспитанного человека." У приятеля Пушкина было принципиально иное отношение к поединкам.

RSSСтраница 5 из 6 [Всего 6 записей]« Первая ... « 2 3 4 5 6 »


При любом использовании материалов сайта обязательна гиперссылка на сайт «Репетитор».
Разработка и Дизайн компании Awelan
www.megastock.ru
Проверить аттестат